Благотворительный фонд
помощи онкологическим
больным AdVita («Ради жизни»)

Про Андрея из Архангельской области, субоптимальный ответ, разнообразие клинической науки и надежду

  • 31 Июля 2020

Знаете, что такое субоптимальный ответ? Это значит, что пациент, в общем, некоторый положительный эффект от лечения получил, и стало ему получше. Но, как деликатно выражаются врачи, «отдаленные результаты такой терапии не будут оптимальными». В переводе с медицинского на русский это значит, что лечение нужно менять. Иначе – снова перейдем на медицинский – «прогноз неблагоприятный». Ну, вы поняли.

Как-то так случилось, что мы ни разу не рассказывали о пациентах с множественной миеломой, все больше про лейкозы и лимфомы. А тем временем эти пациенты тоже обращаются к нам за помощью. Множественная миелома (ММ) – злокачественное заболевание крови: костный мозг начинает вырабатывать какое-то невероятное количество поврежденных плазмоцитов (один из видов лейкоцитов). Они скапливаются в костях и разрушают их. Болеют в основном люди за шестьдесят, а 75% всех больных – старше 70. Но на этой неделе врачи попросили нас помочь пациенту с множественной миеломой, которому всего 41 год – и у него тот самый субоптимальный ответ на лечение.

Андрей К. из Архангельской области, жена – воспитатель в детском саду, двое детей. Сам Андрей работал до болезни машинистом, но вот уже два года ему тяжело не то что работать – передвигаться. Знаете, что такое «распространенный остеодеструктивный синдром»? Это значит, что плазмоцитомы ломают кости изнутри, и этих переломов много. Бесстрастная выписка сообщает, что одиннадцать. И добавляет: у Андрея была ремиссия, но вот сейчас – рецидив.

Почему Андрей оказался в НИИ ДОГиТ им. Р.М.Горбачевой?

Если больные ММ не отвечают на базовое лечение (в том числе пересадку костного мозга), дальше их, по идее, нужно бы лечить таргетными препаратами. Которые вроде как и есть, особенно в последнее время появились, но либо дороги, либо в России не зарегистрированы – в общем, по оценкам специалистов, до них добирается процентов пять пациентов. И даже эти новейшие препараты пока какой-то суперэффективности не демонстрируют. Когда появилось Опдиво (о котором мы много писали в связи с лечением лимфомы), его тоже, естественно, опробовали для множественной миеломы в монорежиме (то есть лечили только им, больше ничем). К сожалению, результаты были неутешительные.
Но в том-то и сила клинической прикладной науки (той, что делается в больницах), что, в отличие от фундаментальной, она новые лекарства, может, и не изобретает, но как эти новые лекарства применять, в какой дозе, а главное, в каких сочетаниях со старыми – тут ей равных нет. Трансплантологи из НИИ ДОГиТ им. Р.М.Горбачевой на основании уже существовавших на тот момент данных предположили, что, если добавить Опдиво к Алкерану, который обычно используется для пересадки при ММ, результаты улучшатся.

Начали в 2016 году. К 2018-му в исследовании было 16 человек от 45 до 62 лет, к 2020 – 30. У всех до трансплантации, несмотря на многочисленные курсы химиотерапии, плазмоцитомы либо сокращались незначительно, либо оставались в том же количестве, либо продолжали плодиться. Статистическое распределение по результатам трансплантаций по схеме «Алкеран+Опдиво» на данный момент такое: полный ответ – 31%, очень хороший частичный ответ – 19%, частичный ответ – 6%. Остальным пришлось продолжить лечение, некоторым – повторить трансплантацию.

Но в публикации промежуточных результатов (исследование планируется до конца 2021 года) есть моя любимая строчка: «В настоящее время все пациенты живы». А некоторые, как мы видим, и здоровы. И я предлагаю вспомнить, что речь идет об очень, очень тяжелых больных, которым до трансплантации писали «прогноз неблагоприятный»… Ну, вы поняли.

Протокол экспериментальный, а значит, государственного Опдиво таким пациентам не положено, поэтому врачи попросили нас помочь Андрею. А мы просим вас. Нужно 167 000 рублей, сбор ведется на программу «Лечение».

Пожертвовать на программу «Лечение»